Юрий Георгиев. Кукольный театр

Благодаря «Литературному коллайдеру» имя современного писателя Юрия Георгиева стало известно многим любителям жанра ужасов. Нам пишут читатели, просят продолжить публикации талантливого автора, многие из которых, к сожалению, были написаны уже довольно давно. Слово читателя для нас закон! Поэтому мы продолжаем…

  Эта попытка устроиться на работу, оказалась наиболее удачной для Эртекса. Мистер Чемберс, оказался обаятельным, и на редкость приятным собеседником. Несмотря на довольно преклонный возраст, он хорошо сохранился — густые, седеющие волосы, тщательно зачесанные назад, немного заостренные черты лица, ясный взор, и некая задумчивость, свойственная скорее художественным натурам. Одевался Чемберс строго — костюм-тройка, галстук-бабочка, его ботинки были начищены до блеска, как выяснилось с первых слов, он не переваривал броскости и экстравагантности Его кабинет был обставлен со вкусом и по-деловому.

  Эртекс вкратце рассказал о себе. Директор слушал не перебивая.

— Объясните мне пожалуйста, почему вы пришли именно ко мне? — поинтересовался он, когда юноша закончил свой сбивчивый рассказ.

— Мне посоветовала моя сестра, — объяснил Эртекс, опустив глаза. — Ее бывший муж когда-то был знаком с вами. Его зовут Герольд Диксон, возможно, вы его помните.

— Да-да, конечно помню. Он работал в моем театре осветителем, и уволился несколько лет назад.

  Надо отметить, что кукольный театр мистера Чемберса пользовался огромной известностью во всем городе, и потому, заведение процветало. Люди были в восторге и называли представления сказочными и магическими. Куклы были выполнены настолько мастерски, что казались миниатюрными копиями живых людей.

— Мои постановки нравятся всем, — подчеркнул мистер Чемберс. — Люди с удовольствием приходят к нам. Поверьте, молодой человек, что помимо изготовления этих маленьких произведений искусства, надо еще уметь ими управлять, что тоже целая наука. Этим занимаюсь только я сам, да еще несколько моих ассистентов.

— Извините за мое любопытство, — стараясь говорить деликатнее, поинтересовался Эртекс. А почему ваши куклы так похожи на живых людей? В тоже время, в других кукольных театрах как правило, используются грубые поделки.

  Мистер Чемберс едва заметно улыбнулся.

— Видите ли, я считаю, что искусство должно быть прежде всего искусством. Легче всего было бы изготовлять комиксообразных уродцев. Пусть этим занимаются другие театры, которых множество по всему миру. А мой театр особенный, и потому, здесь все совершенно другое. Я добился того, что во время моих спектаклей, зрители вообще забывают о куклах, настолько они яркие и неповторимые. Поймите, мой юный друг, я создаю саму жизнь, и посвятил себя этому без остатка. Изготовление кукол — целая наука, у меня нет ни одного похожего образа — каждая кукла является не просто произведением искусства, а отдельной личностью, и самое главное, используется раз.

— Один раз? — не веря своим ушам Переспросил Эртекс.

  Директор театра почтительно склонил голову.

— Да, именно так, мой юный друг, именно так. Каждый актер играет единственную и неповторимую роль на подмостках моей сцены, именуемой жизнью. Именно жизнью, потому что мой театр — своеобразная ее проекция на маленькой, миниатюрной сцене.

— Ну, а куда вы деваете кукол потом… после так сказать, спектакля?

— Вся жизнь — своеобразный спектакль. Каждый из нас играет свою, неповторимую роль, сам того не осознавая. Когда-нибудь вы обо всем узнаете. Но сразу имейте ввиду мое непременное условие — работать придется в полную силу, ибо жизнь не терпит пародии и неточности.

— Интересно, — заметил Эртекс. — Вы называете свой театр жизнью и в тоже время говорите о том, что жизнь это театр… Так что же вы являете собой на самом деле?

  Мистер Чемберс искоса взглянул на молодого человека, небрежно развалившегося в кресле.

— Я являю собой лишь корректировку жизни, — заметил он, и тут же отошел от этой темы, объяснив Эртексу суть его работы в театре. В его обязанности будет входить доставка кукол к представлению — достав из ящика, он должен очистить их от стружки — куклы доставлялись в театр в специальных контейнерах, — и проводить их в соответствующий вид: выбирать необходимые детали туалета, наводить косметику на лица женщин, а после спектаклей бросать отыгравших свою роль в большое мусорное ведро, которое тоже затем отправлялось куда-то по назначению.

  “Человек играет на сцене жизни лишь однажды» — вертелись в голове Эртекса слова директора…

  Выслушав последние наставление и осмотрев помещение театра, он отправился домой, чтобы отдохнув, со свежими силами наутро приступить к работе.

— Ну, и как тебе мистер Чемберс? — поинтересовалась сестра, едва он переступил порог. Сегодня она выглядела нарядной, как никогда, новое платье с золотым ободком, расшитое бархатом, обнажающее спину, ей очень шло.

— У тебя какое-то событие? — при виде сестры Эртекс немного опешил.

— Эрни, я просто хотела похвастаться новым нарядом, — подняв руки, она несколько раз повернулась, словно балерина. — Только сегодня получила заказ. Как тебе?

— Очень даже, — кивнул он. — В общем, на работу я принят, можешь меня поздравить. Владелец театра порядочный человек, хотя и немного старомодный.

  Барбара понимающе кивнула.

— Да, в нем есть некоторые странности. Джозеф мне говорил об этом.

— А если не секрет, почему он поменял работу?

— Вероятно, что-то про него узнал. Мне, правда, так ничего и не рассказал. Но позже после работы в театре стал меняться прямо на глазах, стал изменять… В общем, жить с ним стало просто невыносимо. В итоге, мы расстались.

— И ты конечно же, решила проверить свои сомнения на своем братишке, — он неловко улыбнулся.

— Но нет, мне даже и в голову не приходило подобное, — она пожала плечами.

— А с кем ты сейчас встречаешься? Для кого ты так разоделась? Серьезно, выглядишь просто чудесно.

  Барбара в ответ улыбнулась. Несмотря на разницу в возрасте, она выглядела ровесницей Эртекса. И одеваясь с подобающим вкусом, подчеркивающим достоинства своей фигуры. Ее внешность сводила мужчин с ума, и сколько он помнил, от воздыхателей у нее отбоя не было.

— У меня сегодня свидание с Дэном, — сообщила она. — Обещаю, он тебе понравится.

— А с Джозефом значит, покончено? — произнес Эртекс с нескорой грустью.

— Я же говорю, в последнее время стала побаиваться его. Вся эта непредсказуемость… — звонок входной двери оборвал ее на полуслове. Это действительно пришел Дэн. Новый воздыхатель обладал атлетической фигурой, грубоватыми чертами лица и стрижкой ежиком. За таким парнем она может чувствовать как за каменой стеной. Барбару такие мужчины всегда приводили в сексуальный трепет.

— Ты никогда не поймешь, — не раз говаривала она. — Но как же все-таки приятно, когда тебя ласкают сильные руки.

  Эртекс давно заметил, что сестра ведет себя с ним, как со своей подругой, вероятно потому, что в его характере было много черт, присущих скорее женщинам, чем мужчинам. Вероятно, может, это всего лишь его домыслы…

  На следующий день он приступил к работе. Вооружившись инструментами, вскрывал ящики с куклами и довольно нежно приводил их в соответствующий вид. Работа не показалась ему тяжелой, и через пару часов все было готово. Мистер Чемберс похвалил нового работника, предупредив, чтобы он никуда не отлучался, поскольку скоро должен начаться спектакль.

  В этот вечер в программе разыгрывалась постановка, написанная мистером Чемберсом, под названием «Вечер для Жюльетты».

  Подготовив кукол, Эртекс смотрел на сцену из-за шторы, закрывающую кулисы. Хозяин уже был на своем месте — над небольшой сценой. Увидев, что зал уже забит до отказа, Эртекс лишь покачал головой — «Однако!..»

  Наконец заиграла волшебная музыка, зал погрузился в темноту, но сцена излучала небесный, нежный свет. Вот ожили и первые персонажи, в опытных руках Чемберса, превратившись в живых людей.

  Словно завороженный, Эртекс смотрел на сцену, где изысканно одетая дама сидела в кресле посреди маленькой комнаты и обмахивалась веером. Внезапно открылась дверь, возник второй персонаж — мужчина во фраке. На какое-то время Эртекс забыл, что перед ним куклы — настолько живыми казались персонажи спектакля… Он даже забыл про свою обязанность. Только толчок в плечо вернул его к действительности. Возникший перед ним рабочий сцены — рослый верзила в довольно грубой форме передал ему слова мистера Чемберса, чтобы он не забывался. Взглянув на директора, он увидел его улыбку, которая говорила яснее всяких слов — мол, ничего страшного, однако все же не забывай о работе.

  Между тем, на маленькой сцене спектакль уже подходил к концу. По сюжету выяснилось, что муж изящно одетой леди толкнул ее на самоубийство, чтобы после ее гибели полностью завладеть ее богатым состоянием. Однако брат погибшей решил отомстить, и как-то ночью прокрался к незадачливому мошеннику в спальню. Близилась финальная сцена.

— Что вам нужно? — воскликнул перепуганный мошенник, вскакивая с постели. Вошедший покачал головой, и на его устах возникла злорадная ухмылка. Он произнес:

— Что же, мистер Хартли, за все придется нести ответ, не так ли?

— Вы имеете ввиду…

— Да, это. Вам удалось убить ее, но теперь умрете и вы… Так сказать, при странных обстоятельствах.

— Нет! — крикнул мошенник, бросаясь в соседнюю комнату, но мужчина резко преградил ему дорогу.

— Ты даже не успеешь никого позвать! — с этими словами, выхватив из-за пазухи нож, он с силой вонзил его мошеннику в грудь. Тот вскрикнул, опускаясь на пол, из раны потекла… самая настоящая кровь. Между тем, убийца совершенно обезумев, наносил ему все новые и новые удары ножом. Все казалось таким реальным, что Эртекс почувствовал головокружение и запах крови — неужели это всего-навсего куклы?!

  Вонзив напоследок нож в шею, убийца одним махом перерезал сонную артерию, и, переступив через потоки крови, направился к выходу. По залу пролетел вздох ужаса.

  И тут Эртекс подсознательно увидел, что это НЕ КУКЛЫ — НИКТО НИКОГДА И НИГДЕ НЕ СМОЖЕТ ИЗГОТОВИТЬ ТАКОЕ! КРОВЬ БЫЛА НАТУРАЛЬНОЙ. Это он видел совершенно ясно… Людские судьбы перехлестнулись, и теперь перед ним зиял мрак…

  Лишь только заключительная музыка вернула его в настоящее. С трудом сохраняя самообладание, он вышел в коридор, где наткнулся на мистера Чемберса. Тот выглядел устало.

— Не забывайте о своих обязанностях, иначе я вас уволю, — заметил он, направляясь к себе в кабинет. Что-то странное показалось Эртексу в облике директора. Что именно, он так и не понял, однако ясно было одно — ЕГО ВНЕШНОСТЬ ЕДВА ЗАМЕТНО ИЗМЕНИЛАСЬ. Впрочем, возможно, это результат перегрузок, а быть может, тусклого освещения в коридоре…

  Как бы там ни было, Эртекс спустился на сцену и принялся за кукол. Но едва взяв в руку маленькое человекообразное создание, как сразу же понял — это просто куклы. И кровь, при ближайшем рассмотрении оказалась обычной красной краской… Вероятно только руки мистера Чемберса оживляют и одушевляют эти создания… Если так, то он все-таки гений!

  Едва он вынес груду кукол, напоминающих простое тряпье, как перед ним вырос рабочий сцены, толкнувший его во время спектакля.

— Меня зовут Питер, — произнес он, протягивая руку, которую Эртекс сразу же пожал.

— Очень приятно.

— Извини, что я так грубо тебя толкнул, — со сконфуженным видом произнес рабочий. — Но ты не знаешь нашего директора. Он просто садист.

— Что-что? — с подозрением переспросил Эртекс.

— Он сумасшедший, и в минуты спектакля может убить, если что-то пойдет не так.

— Ты давно работаешь в театре? — поинтересовался Эртекс, стараясь загладить неприятную тему.

  Рабочий задумчиво поскреб в затылке.

— Скоро будет два года. И я тебе вот что скажу: лучше уходи.

  Эртекс встрепенулся.

— Это почему же?

— Этот театр как наркотик. Да что там наркотик, целая система! Поработай здесь месяц-два, и ты без нее уже не сможешь. Она просто затягивает. Но вместе с тем, ты что-то теряешь, становишься кем-то другим, утрачиваешь самого себя, что ли… Не знаю, как лучше объяснить…

  Эртекс озадаченно откашлялся.

— Боюсь, что я не совсем понимаю… Ты хочешь сказать, что работа в театре как-то вредит?

— Работа именно в ЭТОМ театре… Я с каждым днем все больше и больше это понимаю. Мы как бы регулируем человеческие отношения, и не только на сцене. Во время спектакля ты чувствуешь себя властелином над всеми живущими… Ты ощущаешь себя Богом и вместе с тем, ты не в силах что-либо изменить. А что касается мистера Чемберса… Послушай моего совета, лучше уходи, пока еще можешь остаться собой…

  Он внезапно умолк, потому что в этот момент, из-за угла появилась хорошенькая девушка, работающая секретаршей — как мне потом объяснил Питер.

— Вы что, забыли свои обязанности? — воскликнула она. — Мистер Чемберс будет крайне недоволен.

  После того, как она ушла, Питер показал что нужно делать после спектакля с куклами, и у Эртекса перехватило дыхание… Нет, это было невозможно — каждая кукла упаковывалась в миниатюрный гробик, а затем хоронилась на специальном кладбище, расположенном во внутреннем дворике здания театра. И гробы и куклы доставлялись в специальных контейнерах.

— Но зачем это нужно? — Эртекс был крайне изумлен и озадачен.

— Таковы правила, ничего не поделаешь.

— Но ведь получается, что… каждый спектакль идет всего один раз?..

— А где ты видел, чтобы в жизни все повторялось? — ответил Питер вопросом на вопрос. — Главное, чтобы все это содержалось в тайне, никто не должен знать.

  После того, как они упаковывали кукол в гробики и хоронили без почестей, присущим похоронам, Эртекс собрался было домой, снова появилась секретарша и попросила зайти к мистеру Чемберсу.

   Когда он вошел в кабинет, директор сосредоточенно разговаривал по телефону, сидя за своим столом и только кивком головы указал на кресло. Пытаясь скоротать время, Эртекс машинально попытался вникнуть в разговор.

— Да-да, надеюсь, вы меня понимаете, — говорил мистер Чемберс. — Именно так и сделайте, изготовьте именно тех, данные которых я вам послал. Когда необходимо? Не позже следующей недели. В общем, я вам перезвоню, чтобы обсудить детали.

  Положив трубку, директор внимательно посмотрел на него и неопределенно покачал головой.

— Хотите сказать, что недовольны моей работой? — предположил Эртекс, стараясь не смотреть в глаза директора. Судя по всему, тот о чем-то сосредоточенно размышляет.

— Нет-нет, что вы, — он едва заметно улыбнулся. — Для первого дня вы работали весьма неплохо. Меня интересует другое — о чем вы говорили с Питером?

— Ах, с этим рабочим, — Эртекс немного опешил, нахмурил лоб. — Ну, он мне рассказывал о работе в театре. Было интересно с ним пообщаться.

  Мистер Чемберс смотрел с подозрением. Затем произнес:

— Этот Питер безумный тип, вероятнее всего, страдающий беспричинной паранойей. Мне давно он перестал нравиться. Я бы давно уже его уволил, если бы не тонкости профессии, в которые он вник как никто другой. Незаменимый пока. Советую, поменьше с ним общаться.

— Но мне было интересно задать ему пару вопросов.

— Лучше мне, чем ему, — директор откинулся в кресле. — Если есть вопросы, я слушаю.

— Я озадачен тем, что вы хороните кукол в гробах после единственного выступления. Питер мне так и не ответил, почему.

— Видите ли, мой юный друг, жизнь довольно непостоянна, и потому, мне приходится следовать основным ее правилам, рожденным еще в древности. Почему после единственного спектакля? Ну это еще проще — эти куклы уже отыграли свое, в жизни ничего не повторяется. Повтор — это уже ошибка. А похороны кукол… ну, это тоже своеобразный ритуал жизни… А теперь, можете идти и постарайтесь больше окружающим не задавать никаких вопросов. Я этого не люблю. Если что, приходите сразу ко мне.

  Всю ночь ему снилось множество кукол, протягивающих руки, сжимающие ножи, и, увидев высоко над собой гигантского мистера Чемберса, Эртекс с ужасом понял, что он сам находится на сцене в образе одной из кукол. Руки кукольного мастера двигались быстро и умело, заставляя персонажей действовать против собственной воли, и Эртекс двигался навстречу собственной смерти, не в силах убежать.

  Поутру он узнал из новостей, что вчера вечером в городе произошло жестокое преступление — убит состоятельный вдовец: он был буквально изрезан ножом.

  Едва заметная догадка шевельнулась у него в сознании — уж очень это что-то напоминало… Но Эртекс не придал этому значения…

  Мистер Чемберс сегодня был чем-то озабочен и малоразговорчив. День пролетел в суете — работы было предостаточно, и под конец дня, Эртекс выбился из сил…

  Так пролетела неделя, наступил день нового спектакля. С утра ему позвонил Джозеф, и срывающимся, дрожащим голосом попросил к телефону Барбару. О чем они говорили, Эртекс так и не узнал — нужно было срочно отправляться на работу, тем более, что кукольный мастер сегодня попросил его явиться раньше обычного. В день спектакля театр был особенно перегружен работой. Эртекс аккуратно распаковывал кукол, пока… — нет, это было невероятно! — у него в руках было точное подобие Барбары!.. Не зная, как реагировать, он отложил ее в сторону и потянувшись к следующей кукле, чуть не упал в обморок — на этот раз кукла представляла точную копию Дэна. Словно во сне, он достал последнее, что повергло его в глубокий обморок — миниатюрного Джозефа…

  Когда он очнулся, то увидел над собой озабоченные лица работников сцены, кто-то протягивал нашатырь.

— Мне нужно срочно поговорить с мистером Чемберсом!

— Но он сейчас занят, — упрямо заметила стоявшая тут же секретарша.

— Мне срочно нужно его видеть!

  Директора он застал в своем кабинете, тот снова разговаривал по телефону. Едва тот закончил разговор, Эртекс с ходу выпалил ему свои предположения, что повергло мистера Чемберса в ярость.

— Немедленно идите и работайте! — воскликнул он. — У нас мало времени до спектакля! И нечего рассказывать о вашей паранойи.

— Но ведь…

— Если вы немедленно не отправитесь на свое место, я вас сегодня же уволю! — отрезал директор, злобно сверкнув глазами.

  На ватных ногах, Эртекс отправился на рабочее место. Он и сам не помнил того, как привел кукол в соответствующий вид, единственное что осталось в памяти от того дня — это ощущение полной апатии.

  Как и в прошлый раз, спектакль начинался поистине грандиозно и, словно зачарованный, Эртекс следил за стремительно развивающимися событиями на маленькой сцене. Все происходило воочию, подчеркивая обыденность описываемых событий…

  Барбара и Дэн лежали на диване и разговаривали, обмениваясь любезностями. Наконец, любовник обратил внимание на тревогу в глазах возлюбленной и некую нервозность, которую та пыталась скрыть.

— У тебя что-то не так? — наконец поинтересовался он.

   Барбара присела на диване, собираясь с мыслями.

— Сегодня утром звонил Джозеф, — наконец сказала она, и от этих слов Эртекса бросило в дрожь.

— И что он говорил?

— Он поставил мне ультиматум.

— Ультиматум? Что это еще за новости? — в его голосе появились стальные нотки.

— Он просит меня вернуться, иначе, он просто не выдержит. Что покончит с собой…

— И что ты ответила? — воскликнул он, сверля девушку глазами.

— Сказала, что подумаю.

  Дэн встал и принялся нервно расхаживать по комнате.

— Подумаю… — презрительно повторил он. — Но ты же с ним рассталась и насколько мне известно, по обоюдному согласию! Что ему еще от тебя надо?!

— Но мне его просто жалко… Когда он в таком состоянии, то способен на многое.

— Ты лучше себя пожалей!!! — крикнул Дэн, и начал торопливо собираться.

— Ты куда? — воскликнула она с тревогой в голосе.

— Мне нужно побыть одному.

  Это было невероятно — у наблюдавшего за этим Эртекса, не возникло даже сомнения в реальности сцены. Руками кукольного мастера были переданы малейшие штрихи, мельчайшие детали характера сестры, которую он знал с самого детства…

  Окончив одеваться, Дэн шагнул в прихожую и оставшаяся на диване Барбара не могла видеть, что произойдет дальше. У зрителей перехватило дыхание, когда внезапно, из темного угла выскочил Джозеф, и точным ударом ножа лишил любовника жизни. Захрипев, тот повалился на пол и из перерезанного горла потоком хлынула кровь. Переступив через него и доставая из кармана пистолет, Джозеф прошел в комнату. Увидев его, Барбара вскрикнула и вскочила с дивана.

— Что ты здесь делаешь?! — воскликнула она, запахивая на груди халатик. — Где Дэн? И почему ты в крови?!

— Мне крайне жаль, Барби, — промолвил Джозеф, наводя на нее пистолет. Мне пришлось это сделать. Теперь твоя очередь, предательство не терпит отсрочек.

  Эртекс закричал во всю глотку, забыв, где находится!

— Беги, беги, сейчас он тебя убьет!!!

  Но, к его ужасу, она не услышала, зато он почувствовал на себе уничтожающий взгляд мистера Чемберса.

— Не надо! — взмолилась она, отступая в угол.

— Я… не могу иначе, — дрожащей рукой Джозеф нажал на курок и тело Барбары упало на пол.

  Слезы покатились у Эртекса по щекам, все было кончено…

  Тем временем Джозеф опустился на колени и, наставив дуло пистолета себе в висок, снова выстрелил…

  После окончания спектакля, Эртекс, наконец, сбросив охватившее его оцепенение, и незаметно выбежал из театра. Голова его разрывалась от чудовищного давления, когда он вбежал в квартиру. Сейчас его не волновало ничего, главное убедиться, что Барбара жива, и что все происшедшее, это всего лишь спектакль…

  Тело Дэна с перерезанным горлом валялось на полу прихожей… Джозеф неуклюже скрючился на полу, продолжая сжимать пистолет, на его лице застыла нелепая улыбка.

  И тут же рядом — Барбара, дорогая Барбара, единственный близкий человек на всем свете!..

  Не в силах совладать с собой, он опустился на пол и зарыдал…

  Но вдруг… ЧТО ЭТО? —

Внезапно, его подбросило вверх и, против своей воли, он вскочил на ноги… Где-то высоко над ним маячил мистер Чемберс — хозяин кукол, Эртекс видел лишь его руки…

  Спектакль был не окончен — опять же против своей воли, он подошел к лежащему на полу Джозефу и взял из его руки пистолет, в котором оставался единственный патрон…

  Кроме мыслей он себе больше не принадлежал — теперь над ним властвовал мистер Чемберс и его кукольный театр…

One Comment on “Юрий Георгиев. Кукольный театр”

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.