Юрий Георгиев. ЭКЗЕКУТОР

(От редакции «Литературного коллайдера». Поскольку произведения Ю.Георгиева пользуются популярностью у наших читателей, мы предлагаем вам еще один рассказ этого талантливого русского автора).

Почти все в этом небольшом городе знали, чем занимается Фред Каздан, однако смотрели на это сквозь пальцы. Вернее, многие пытались прекратить его деятельность, но сделать это было не так-то просто.

Фред Каздан любил свою работу, почти никогда не опаздывал, трудясь с такой самоотдачей, что жертвовал даже личной жизнью.

Фреду было за сорок, он был невысок и коренаст. Его лицо чем-то напоминало физиономию примата – сросшиеся брови, широкий нос, мощный подбородок. А фигура, казалось, была выточена из камня вечно спешащим скульптором – дилетантом: тело было непропорциональным, длиннее, чем ноги, а руки же плетью свисали почти до колен. Все тело Фреда – грудь, плечи, и даже спина, были до такой степени покрыты густыми волосами, что казалось, под рубашкой он носил свитер. К тому же он был туповат, и чрезвычайно груб, даже со своей женой и сыном.

Но отталкивало от него совсем не это – окружающих просто ужасала его патологическая ненависть к животным. С ними он вел себя, как настоящий садист, и двадцать лет назад организовал в городе частное предприятие по их отлову и уничтожению. Фред постоянно разрабатывал новые способы умерщвления собак и кошек, и многого достиг на этом поприще.

Вместе с ним работали: старый пьяница Гай Маркофф, напоминающий высохшее полено с длинным красным носом; и его сын – Рик, здоровенный малый с огромными ручищами и крепкой фигурой. И отец, и сын были такими же недалекими, как и Фред, однако в отличие от него, свою работу выполняли чисто механически, без особой удовлетворенности. В городе их презирали и старались обходить стороной. Каждое утро, включая выходные, Фред вместе с кем-нибудь из своих работников выезжал на охоту на старом фургоне. Едва заметив кошку или собаку, они подманивали ее мясом, затем Фред ловко набрасывал на бедное животное аркан и кидал в машину…

Вначале Фред просто разбрасывал по городу отравленные куски мяса, что привело к всеобщему недовольству: погибло много собак, принадлежащих высокопоставленным чиновникам, и потому подобные эксперименты пришлось прекратить. Теперь Фред действовал по-другому – он привозил животных в лабораторию и сажал в большие клетки. Затем приступал к самому главному – тщательнейшей экзекуции, методы которой были разработаны им самим. Вначале он сконструировал душегубку – железное помещение без окон и лишь только с одной дверью, которая, плотно закрываясь, прекращала доступ кислорода. Затем включал мощный мотор, выхлопная труба которого проходила в камеру.

Однако, это скоро наскучило Фреду, хотелось чего-нибудь более изощренного. Вскоре он изобрел холодильную барокамеру и, загоняя туда животных, с наслаждением наблюдал за их мучениями, следя за тем, чтобы они подольше оставались живыми, отморозив лишь конечности. Иногда он привязывал животное за передние лапы и опускал в серную кислоту или кипящее масло.

Но вскоре, и это ему наскучило. Тогда он изобрел железную камеру-духовку, которая раскалялась докрасна. «Духовка» была последним его изобретением, и он забавлялся с ней часами, наблюдая за предсмертной агонией животных через специальное окошко.

Гай и Рик предпочитали в это время оставаться в стороне, за что получали выговоры от Фреда.

-Мы должны работать все вместе! – говаривал он. – Ясно вам, или нет?! Нужно трудиться с полной самоотдачей, как я!!! Или я вас уволю!

Обычно, в подобных случаях старик-алкоголик качал головой, возражая:

-Да кто к тебе работать-то пойдет? Только такие дураки, как мы!

-Я мог бы управиться и сам, — злобно бросал Фред, скрываясь в своей «лаборатории». Там он пропадал часами. Конечно, в медицине он совершенно не смыслил, однако ему нравилось разрезать связанных животных скальпелем и вытаскивать из них внутренние органы.

Как-то раз он решился на бизнес – среди пойманных животных нередко оказывались породистые псы, и Фреду стало жалко, что зазря пропадают шкуры. Он попытался найти людей, которые согласились бы изготовлять из них шапки, а затем сбывать их на рынке. Однако эти попытки претерпели неудачу – никто не захотел иметь дело с Фредом.

Наконец, он махнул рукой:

-Какие же люди глупцы! Можно было бы заработать хорошие деньги!..

В детстве он часто вешал животных и поджигал их. Родители часто пороли его за это, и Фред огрызался:

-Ну, ничего, подрасту, и это станет моей основной работой!

Так оно и получилось.

Оставив бесполезные попытки наладить выпуск зимних шапок, Фред начал сам аккуратно снимать шкурки и затем изготовлять чучела с помощью проволоки и опилок. Через некоторое время чучела стали получаться у него просто мастерски. Не зная, куда их девать (почему-то покупать их у него никто не хотел), он начал ставить их у себя дома. Постепенно дом наполнялся чучелами, — нельзя было ступить ни шагу, чтобы не наткнуться на чучело кошки или собаки. Так, невольно Фред стал коллекционером Конечно, для чучел он старался подбирать лучшие экземпляры, отправляя остальных в лабораторию или «духовку».

Супруга старалась ничего не говорить по этому поводу, хотя ее начал угнетать вид дома, заполненный всевозможными животными, застывшими в разных позах. Все это казалось чем-то ужасным, давило на психику, вызывая глубокую депрессию. Однажды она попыталась сказать об этом мужу, на что тот огрызнулся:

-Не лезь не в свое дело!

Она уже привыкла к его постоянной грубости, и потому лишь вздохнула.

-Может, все-таки хватит? У нас и так уже навалом этих чертовых чучел.

-Я коллекционер! – рявкнул Фред, стукнув по столу кулаком. – Я делаю полезное дело, превращаю мерзких тварей, разносящих заразу в произведения искусства!

-Но всему же есть предел! – деликатно заметила жена.

-Заткнись!

-Но ставить-то их уже некуда! У нас не анатомический музей!

-Хорошо, подумаю над этим вопросом, — более миролюбиво ответил Фред.

Однажды, вернувшись, домой, он застал сына в своей комнате, играющим (Фред чуть не поперхнулся от возмущения и ярости), с маленьким щенком. Заметив отца, сын испуганно загородил щенка спиной, на его глазах появились слезы. Щеночек был маленький и беспомощный, с пятнистым окрасом, говорящим, что он породистый.

-Что это такое?! – взревел Фред.

-Папа, прошу тебя, — захныкал ребенок, — можно он останется у нас?

-Ты с ума сошел! – Фред отвесил ему звонкую оплеуху. – Сейчас же дай сюда эту гадость!

-Но ведь это же только щенок. Он же ничего не может сделать плохого!

-Что ты себе позволяешь?! – завопил Фред, снимая ремень. – Что ты себе позволяешь, я тебя спрашиваю?!!! Твой отец трудится в поте лица, чтобы извести эту пакость, а ты приносишь эту заразу в дом?!

-Он не заразный вовсе.

-Ах, так?! Негодяй, сукин сын!!! – Фред свернул ремень вдвое. – Животные разносят заразу! Животные – гадость, которую нужно искоренять!!!

-Но может, в порядке исключения. Ведь мама же разрешила, — воскликнул сын со слезами.

-Ах, так?! Я тебе сейчас покажу исключение! – С этими словами Фред повалил сына на кровать и изо всех сил принялся стегать его ремнем.

Устав, он отшвырнул ремень в угол и, не взирая на рыдающего ребенка, схватил щенка за шкирку, от чего тот пронзительно взвизгнул, и, бросив сыну:

-Ты наказан! Неделю будешь сидеть дома, и учить уроки, мерзавец! – вышел из комнаты, захлопнув за собой дверь.

Увидев жену, он набросился на нее, тыча ей в нос щенка:

-Ты уже командуешь в моем доме?!

Она попыталась что-то сказать, но Фред с силой ударил ее в нос. Затем, подойдя к двери, размахнулся, и изо всей силы ударил щенка об угол. Маленькое тельце безжизненно обмякло. Фред с отвращением выбросил трупик в мусорный контейнер, вернулся в дом и тщательно вымыл руки. Жена сидела за столом и горько плакала. Из ее носа сочилась кровь, и время от времени, она подносила к нему платок, смоченный водой.

-Ну ладно уж, извини, чего уж там, — миролюбиво пробурчал Фред, садясь за стол напротив нее. – Я не хотел, Бриджет.

Она бросила на него быстрый взгляд.

-Я развожусь с тобой, — бросила она сухим голосом.

-Ты в своем уме?! – воскликнул Фред, ударив по столу кулаком.

-Я больше не могу видеть тебя, слышать, разговаривать. Мальчик останется со мной, и завтра я подаю на развод.

-Что-о-о?! – Фред привстал из-за стола. – Как ты смеешь…

-Да, я смею!!! – гневно закричала женщина. – Я смею!

-Да ты… просто дура. – Он встал и направился к ней. Бриджет вскочила на ноги.

-Не прикасайся ко мне, ты слышишь, не прикасайся! – Ее голос сорвался на крик. – Еще одно движение и я вызову полицию!

-Я не понял в чем дело. – Фред в замешательстве покачал головой.

-Я не хочу больше жить с тобой! Я не хочу тебя видеть!!! Никогда!!! Ты мне противен!

Она направилась в свою комнату.

-Ты об этом еще пожалеешь! – закричал он вслед.

-Кстати, — она обернулась, направив на него указательный палец. – Я тебя предупреждаю, если еще раз тронешь пальцем моего сына, я заявлю в полицию!

-Ты имеешь на него такое же право, как и я, — хмыкнул Фред, наливая себе в стакан водки.

-Я уезжаю навсегда, запомни это. Какой же я была дурой все это время! И сейчас тебе говорю: я не хотела разводиться, терпеливо вынося такую мразь, как ты, только из-за Мишеля. Ты на него больше не имеешь права. Запомни, если ты хоть чего-нибудь предпримешь против нас, то полиции будет все известно, запомнил? – С этими словами Бриджет скрылась в своей комнате, громко хлопнув дверью.

-Нашла, кого пугать, — хмыкнул Фред. – Ты у меня еще попляшешь, сука!

На следующее утро Фред, как обычно приступил к работе. Приготовив все самое необходимое для отлова бездомных собак, он (на этот раз вместе с Риком), поехал патрулировать город.

Фред издавна плевал на попытки общества защиты животных принудить его работать только в ночные часы, говоря при этом:

-Эту гадость нужно уничтожать днем. Она – разносчик заразы.

В общем, эти попытки не возымели успеха, и Фреда оставили в покое.

Стоял прекрасный летний день, на улицах резвилось множество ребятишек, старички и мамы с колясками сидели в скверах, задумчиво прогуливались влюбленные парочки. Однако, все они испуганно затихали при появлении фургона с серым крестом, некоторые отворачивались, на всех без исключения лицах сквозило презрение.

-Ну вот, опять этот изверг едет на охоту, — вздыхали люди.

Заметив неподалеку от скверика одиноко бежавшую собаку, Фред резко затормозил и выпрыгнул из машины. Затем достал длинный аркан. Тем временем Рик бросал собаке куски мяса. Животное ничего не подозревая, приблизилось к ловушке, и в этот момент Фред набросил аркан. Собака моментально метнулась в сторону, но поздно – веревка намертво опутала ее шею. Всю улицу огласил ее несчастный, безысходный визг.

-Ну что, попалась?! – Ухмыльнулся Фред.

Рик подцепил пойманное животное большим сачком и перепровадил в фургон. В этот момент сзади послышался детский голосок:

-Зачем вы это делаете?

Резко оглянувшись, Фред окинул заплаканного мальчугана злобным взглядом.

-Не мешай, молокосос.

-Неужели вам не жалко собаку? – не отставал тот.

Фред осклабился.

-А ну пошел отсюда, пока я тебе самому не накинул аркан!

Мальчик испуганно притих и отошел в сторону, размазывая по щекам слезы грязными кулачками.

Рик захохотал. Однако пожилой человек погладил расстроенного ребенка по голове, одновременно обращаясь к Фреду:

-Вы бы хоть ночью это делали, не при детях.

-А ну проваливай, старикашка! Не лезь не в свое дело! – заорал на него Фред.

-Не надо так разговаривать, — с достоинством отпарировал тот.

-А ты кто такой? – Рик окинул его насмешливым взглядом. – Важная персона?

-Да что вы себе позволяете?! Если и дальше будете себя так вести, пожалеете!

-Ты пожалеешь, если не заткнешься! – бросил Фред.

-Вы садисты! Как муниципалитет разрешает такое?! – покачав головой, он отошел в сторону. Однако Фред окончательно разозлился. Схватив аркан, он направился к старику.

-А ну пойди сюда, старый осел!

Старик испуганно засеменил прочь.

-Сюда, сказал! – Фред сделал вид, будто пустился в погоню. Старика и след простыл. Рик громко расхохотался.

-Нужно было его зацепить ради смеха.

-Да пошел он в задницу! – Фред забросил аркан в фургон, и они тронулись дальше.

За этот день они собрали около семи бездомных собак, однако Фред вернулся домой намного раньше, в надежде поговорить с женой.

-Если она не передумала, я ей устрою, — размышлял он, шагая по направлению к дому.

Когда он тяжело ввалился в прихожую, Бриджет упаковывала последние вещи.

-Ты до сих пор… — Фред не договорил. Увидев собранные чемоданы, он налился гневом.

-Я уезжаю, — гордо произнесла супруга. Все, навсегда! Окончательно и бесповоротно.

Фред последовал за ней в комнату.

-Ты что шутишь? Какого черта?

-Я оставляю тебя, садист несчастный. Чтоб ты сдох!

-Ах, вот как ты заговорила? – произнес он тихо, но угрожающе. – Ну, ладно.

Бриджет бросила на него презрительный взгляд.

-И не пытайся меня остановить, не выйдет.

Фред покачал головой.

-Ты очень пожалеешь.

-Как страшно! Прям напугал. Мерзавец!!!

-Не смей оскорблять меня! Мы прожили вместе пятнадцать лет, шлюха ты несчастная! Ты не посмеешь меня бросить!

-Еще как посмею, — издевательски усмехнулась она. – Ты мне противен!

-А ну заткнись! – Фред сорвался на крик.

-И не подумаю. Я долгое время молчала, но теперь скажу все! – она присела на край дивана, отбросив с лица прядь волос. – Я терпела тебя из-за сына! Ты просто мерзость самая последняя, какая только есть на земле!

Фред схватил, было ее за руки, однако она резко вырвалась, ее глаза полыхнули гневом.

-Не смей прикасаться ко мне, подонок!

-Ты моя жена, — тихо заметил он.

-Была когда-то такой дурой, — она презрительно усмехнулась, — но не сейчас. Кончилось это время, кончилось. Заруби себе это на носу!

-Не смей так разговаривать со мной!!! – дико завизжал Фред, потрясая в воздухе кулаками. – Ты принадлежишь мне!!!

Бриджет рассмеялась, и сплюнув на пол, вытерла плевок каблуком.

-Вот что тебе принадлежит, слизняк.

-Ах ты, стерва!

-Я молчала пятнадцать лет, долгие годы я копила ненависть к тебе, сукин ты сын, но молчала. Теперь я выскажу все, и ты, будь добр, послушай.

-Ну давай же говори, сука! – процедил Фред сквозь зубы.

-Послушай о себе. Ты – ничтожество, ты – садист, от тебя дурно пахнет. Я долго пыталась разобраться в этом запахе, и теперь я поняла, что это запах разложения, ты давно гниешь, как и твои дохлые собаки, которых ты убил своими вонючими руками. Ты не человек – ты накипь, плесень! Всю жизнь ты занимался самым мерзким, что есть на земле – ты убивал бедных безмолвных тварей, не могущих даже постоять за себя! Ты просто трус! Ты человеческое безобразие, моральное уродство в самом худшем образе, посмотри на себя в зеркало – ты уродлив, у тебя… — она на секунду запнулась, точно подбирая слова. – Ты находишься на самой низшей ступени развития, гораздо низшем, чем примат, да ты и сам похож на обезьяну! Ты уродлив и мерзок, буквально во всем! В постели ты липок, неприятен. Как же все эти годы я ненавидела тебя, заморыш! Трахайся со своими чучелами!

По мере того, как она говорила, Фред все больше и больше наливался невиданной яростью, его лицо багровело и зеленело одновременно, глаза налились кровью, дыхание стало тяжелым и прерывистым. Едва взглянув на него, можно было понять, что в эти минуты ему стоило колоссального труда сдержаться, чтобы не убить на месте свою взбесившуюся супругу. Однако, он сдерживал себя по иной причине: в его голове зрел план мести (если это можно было так назвать – в хаотическом разброде то и дело возникали обрывки мыслей).

-Ладно, — тихо промолвил он. – Спасибо за откровенность. Сейчас ты получишь. – И с этими словами, он со всех ног бросился на кухню и, схватив большой столовый нож, опрометью бросился обратно. При виде ножа, Бриджет побледнела, глаза ее расширились, она в панике отпрянула к стене.

-Получи, стерва! – одним прыжком настигнув жертву, Фред с силой вонзил нож ей в грудь – по самую рукоятку. – Никуда ты не уедешь, сука!

Глаза ее закатились, слабеющая рука дотронулась до ручки ножа, она хотела что-то сказать, но изо рта вырвался еле слышный шепот. Не дожидаясь, пока она упадет на пол, Фред выхватил нож и, совершенно обезумев, принялся вновь и вновь втыкать лезвие в ее тело.

Наконец, опомнившись, тяжело поднялся на ноги. Посмотрев на изуродованное тело жены, он оглядел комнату. Конечно, предстояла уборка: кровь была повсюду, в том числе и на его одежде. Ну, ничего, с этим он справится.

«Что же делать с Мишелем? Наверное, придется убить и его, иначе он может обо всем рассказать».

Немного поразмыслив, Фред вначале решил заняться мальчиком, а уж потом приступить к уборке. Главное – не дать ему уйти и напасть из-за угла, ибо в противном случае он обречен.

Взяв в руки нож, он медленно направился наверх, в комнату сына.

-Мама, ну как едем? – послышался сверху голос Мишеля, вероятно, шаги Фреда он принял за шаги матери..

-Мама уже собралась, — ответил он, распахивая дверь. Увидев окровавленного отца с ножом в руке, мальчик дико, истошно закричал. И… вдруг, неожиданно бросившись на Фреда, резко оттолкнув его, побежал по лестнице вниз.

Ни теряя, ни секунды, Фред бросился следом за ним.

-Стой, гаденыш, далеко тебе не уйти! – Он с такой силой сжал нож, что хрустнули костяшки пальцев.

Мальчик рванулся к входной двери, но та оказалась запертой – Фред все предусмотрел. Тогда ребенок, скорее машинально рванулся в комнату матери и застыл на пороге от ужаса, увидев окровавленное обезображенное тело. Вот тут-то Фред его и настиг. Схватив мальчугана за шиворот, он размахнулся ножом, однако мальчик ловко вывернулся, оставив в руках обезумевшего отца свою летнюю куртку. Удар пришелся прямо по чучелу овчарки, прорезав шкуру и обнажив опилки. Фред со всех ног бросился обратно и снова настиг ребенка, когда тот возился с замками входной двери.

-Помогите! – во все горло закричал бедняга, но удар ножа навсегда заглушил его крик. Тело сына медленно осело на пол.

-Гаденыш, — проворчал Фред. – Уж не думал, что с тобой придется повозиться.

«Но ничего, пока все идет по плану, остается лишь надеяться, что крик мальчика никто не услышал снаружи. А пока нужно бы и убраться.»

Направившись в ванную, Фред взял половую тряпку и ведро. Тщательнейшим образом вымыв пол, он расстелил большой кусок целлофана и завернул в него труп супруги. Затем, проделав то же самое и с Мишелем, скатал окровавленный ковер, и долго и усердно оттирал стены. Наконец от крови не осталось и следа. Полюбовавшись на свою работу, Фред помыл окровавленный нож, принял душ, и переодевшись в чистое, скатал одежду с пятнами крови, и захватив ее вместе с ковром, отправился в бетонированный погреб. Здесь еще давно он соорудил большую печь. Бросив в огонь ковер и одежду, он долго наблюдал, как жадные языки пламени уничтожают улики. В голове мелькнула мысль: «А что, если здесь же сжечь и трупы?». Однако через секунду, Фред ее отбросил: поднимется вонь, несмотря на вентиляцию. Наверняка лучший способ избавиться от трупов – сжечь их в духовке на работе. Конечно, туда нужно отправиться ночью, когда никого не будет. Духовка раскаляется так, что наверняка трупы сгорят полностью, оставив лишь горсть пепла.

Спустя пару минут Фред уже звонил на работу. Старик находился все еще там.

-Как продвигаются дела? – с заинтересованностью спросил Фред.

-Да, как всегда. Может мне домой пойти? Поздно уже…

Фред чуть не подпрыгнул от радости.

-Конечно, конечно, наверняка сегодня работы не будет. Отправляйся домой и отдыхай спокойно. Завтра тебя заменит Рик.

-Спасибо! – старик повесил трубку.

Дождавшись, когда стемнеет, Фред подогнал к дому машину жены, и аккуратно, стараясь не запачкаться, перетащил тела в багажник. Затем огляделся по сторонам, чтобы убедиться, что его никто не видит. И лишь потом, аккуратно, с потушенными фарами, стараясь не привлекать внимания, выехал со двора.

Однако, по дороге его прошиб пот, и он смачно выругался, увидев полицейскую машину.

-Только этого не хватало!

Один из полицейских, словно нехотя, поднял руку, требуя остановиться.

Скрипя сердце, Фред подчинился. Полицейский медленно, вразвалочку подошел к его машине.

-В чем дело? – Фред старался говорить спокойно.

-Пожалуйста, права и техпаспорт, — потребовал полицейский.

Пожав плечами, Фред достал из бардачка и протянул ему документы. Полицейский пристально изучил их и вопросительно взглянул на владельца.

-Это машина моей жены… — промямлил он. – Там есть доверенность.

Фред напрягся. «Вот, сейчас он спросит, куда едете, затем потребует показать содержимое… Как же мне не везет!.. Только бы пронесло, только бы пронесло!!!

-Куда направляетесь? – поинтересовался полицейский, и Фред буквально прирос к сидению.

-Да так, провожал супругу, — ответил он настороженно.

«Боже, только бы он не потребовал открыть багажник!!! Тогда все пропало!!!» Краем глаза Фред оценил ситуацию – в машине второй полицейский, так что не удастся, в случае чего пришить этого болвана… «Хитрые сволочи! Боже, надо же мне было так влететь!» — Фред почувствовал, как им овладевает паника. Хотелось нажать на газ, и ехать, ехать, пока не оторвешься…

Однако от полиции не так просто отделаться – они тут же сообщат всем постам! «Надо же так влипнуть!»

-Что у вас в машине? – как бы нехотя поинтересовался служитель закона.

-Ничего… просто сумки, инструменты… — от страха Фред едва шевелил языком.

Второй полицейский, между тем, тоже вылез из машины и направился к нему.

-Вы можете открыть багажник?

Фред почувствовал, что сейчас лишится рассудка.

-Е-если вам угодно, — пролепетал он еле слышно.

-Оставь его в покое, пусть едет, — второй полицейский махнул рукой.

У Фреда отлегло от сердца, появился слабый шанс спастись. Он попытался выдавить из себя улыбку. Первый полицейский, казалось, колебался.

-Почему ты против того, чтобы осмотреть и этого?

-Да у него ничего нет. Машины слишком маленькая.

-Ладно, черт с ним, — согласился первый, возвращая документы. – Можете проезжать. – Он махнул рукой, однако Фред спросил:

-А что, собственно случилось?

-Только что ограбили супермаркет. Устроили погром, вынесли все, что можно. Вас это не касается. Езжайте себе с Богом.

-Спасибо. – Фред улыбнулся, стараясь не выдать облегчения.

«Что ж, на этот раз пронесло. Нужно немедленно отделаться от трупов!»

До работы он добрался без приключений. Экзекуторная, как ее называли местные жители, казалось, была погружена в сон. Фреду стало немного не по себе. Дрожащими руками он отпер ворота и загнал машину вовнутрь. Здесь можно было услышать жалобный вой многочисленных собак и крики кошек, сидящих в огромных клетках.

Зайдя вовнутрь, он включил свет. Со всех сторон на него смотрели жалобные глаза пленников, которые, казалось, знали, что их ждет…

«Надо бы для вида сжечь несколько собак, — подумал Фред. – Чтобы перемешать запахи. Тогда уж точно никто ничего не обнаружит».

Отперев дверь «духовки», Фред подставил под нее кирпич, чтобы она не закрылась. Затем, перетащил тела вовнутрь, и включил электричество. После чего, также неторопливо (к чему торопиться, времени ведь больше чем достаточно), он выпустил из клетки двух собак, и с помощью специальных стальных поводков перепроводил их в камеру, где уже лежали трупы. Собаки с остервенением принялись слизывать с них кровь.

«Вот и все, дело сделано, — с удовлетворением подумал он, — скоро здесь будет бушевать пламя. Можно и уходить, тем более уже становится жарко».

Фред направился к стальной двери и вытащил из-под нее кирпич.

В этот момент случилось то, чего он никак не ожидал – одна из собак, видимо почуяв неладное, резко рванулась к двери, наскочив сзади Фреду на спину, и от неожиданности, он растянулся на полу, выронив кирпич. И вдруг… потеряв опору, дверь с грохотом захлопнулась, и замок автоматически защелкнулся.

Фред не сразу понял что происходит, и вскочив на ноги, резко бросился к двери. Та, конечно не поддалась. Внезапно он понял – эта мысль пришлась словно удар по сердцу ножом – он оказался в ловушке. Железную дверь можно было отпереть лишь снаружи.

В дикой панике он принялся колотить в дверь кулаками, звать на помощь. Но вскоре, поняв тщетность этих попыток, и осознав безысходность своего положения, горько зарыдал.

Между тем, «духовка» все накалялась и накалялась, жар начал проступать даже сквозь подошвы ботинок. А что говорить о собаках, с воем и визгом метавшихся по камере! Скоро тут все будет полыхать огнем… Да, слишком близким оказался конец!

Фред в отчаянии рвал на себе волосы, царапал лицо, судорожно хватая ртом раскаленный жар. Внезапно одна из собак бросилась на него, и потеряв равновесие он свалился на раскаленный пол, от нестерпимой боли, завопив как резанный. Из последних сил он попытался подняться на ноги, до костей прожигая колени и ладони, но это было уже невозможно – его руки подогнулись, и он упал лицом на раскаленный до бела железный пол…

One Comment on “Юрий Георгиев. ЭКЗЕКУТОР”

  1. Весьма живописный ужастик. Правда мне кажется весьма спорным смакование подробностей мучений. Нормальному человеку они неприятны, а для маньяков представляют пособие по видам деятельности. Не уверена в пользе этих переживаний для читателя. Болезненные комплексы стоит изживать другим путём. Без смакования омерзительных подробностей.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.