Роман десятилетия?

Роман «Чаровница. Исповедь ведьмы» — это явление в русской и мировой литературе. Читая его, мы вспоминаем лучшие творения Гофмана и Гоголя, Гауфа и Булгакова. Он может нравиться людям разных взглядов, представляющих противоположные политические течения в России. «Это лучшее, что  читала в последнее время», — призналась Президент Международной академии современных искусств Т. Петрова-Латышева. А знаменитый в прошлом хоккеист, защитник команды «Крылья Советов» Ю. Терехин полушутя-полусерьезно заметил, что в перерывах между просмотром хоккейных матчей будет перечитывать «Чаровницу».

В мае этот роман находился в высших рейтингах ЛитРес, не так давно принято решение о выдвижении его автора Александра Владимирова Интернациональным Союзом писателей на престижную премию НОС (Новая словесность). Будем надеяться на скорую экранизацию книги.

Мы уже печатали отрывок из данного произведения. Предлагаем нашим читателям еще один.

Вероника шла наобум, без какой-либо цели, сворачивала с шумных улиц в небольшие переулки, затем вновь выходила на проспекты. Она потеряла счет времени, все, что окружало ее, было просто антуражем — иногда красивым, иногда невзрачным. Мысли Вероники занимал один лишь кровавый маньяк. И в который уже раз кто-то невидимый пробрался внутрь ее и шептал: «Это — женщина. И ты с ней скоро встретишься!»
Постепенно шепот вытеснил все остальное. Вероника бродила по мертвым, точно пораженным эпидемией, улицам, хотя рядом бушевала обычная жизнь. Но жизнь эта так далека от капитана юстиции Вероники Борецкой.
Девушка была витязем, шагающим по неведомой дороге в поисках неизвестного врага. Враг уже вышел навстречу. Только где он?! Проклятое забрало скрывает его лицо. «Где ты? Где?» — шептали губы Вероники. И в ответ она услышала:
— Ближе, чем ты думаешь.
Послышались какие-то голоса, на сей раз реальные. Неизвестный бесцеремонно тронул Веронику за локоть. Хриплый голос произнес:
— Дэвушка… Куда ыдешь?
— Пошел вон! — механически ответила Вероника.
— Нэхорошо грубить…
Их было четверо: низкорослых, со скалящимися зубами, каждый со свисающим над губой хищным носом в виде шестерки. Девушка сделала все, чтобы избежать столкновения:
— Ребята, идите своим путем.
— Бэз тэбя? Никогда! — сказал один, самый наглый. — Пойдошь с нами. А иначе…
— Что иначе?
— Плохо будэт.
Южанин резко дернул ее. Вероника решила их не щадить. Когда-то же надо приучить их вести себя нормально на русской земле.
Последовал удар ногой в лицо. Южанин рухнул на асфальт, то ли стонал, то ли выплевывал зубы. Второй дернулся за первым и точно так же был нокаутирован. Оставались еще двое. Однако один тут же убежал, а последний выхватил нож, замахнулся. Вероника выбила оружие, взяла руку на излом.
— Пусти! Пожалуста… я болшэ нэ буду! — завыл от боли и страха незадачливый хулиган.
Вероника думала: сломать ему руку или нет? Все-таки она не стала калечить подонка.
— Чтобы я вас больше здесь не видела!
Она двинулась дальше, но теперь вышла из своего закрытого пространства и внимательно смотрела по сторонам. И скоро заметила следующий за ней «Мерседес».
«Кто? Почему?» — вопросы, которые напрашивались сами собой. Вероника ускорила шаг, но и преследующая машина не отставала. Следователь уже думала остановиться, потребовать объяснений, однако дверца автомобиля открылась и послышалось:
— Девушка, подождите!
Вышла женщина, ухоженная и богато одетая; она быстро направилась к Веронике. Следователь напряглась, даже коснулась своего оружия. Но вид у незнакомки был миролюбивый.
— Простите, — сказала женщина. — Я видела, как вы расправились с теми… негодяями. Класс!
Она говорила с легким иностранным акцентом, что еще более запутывало ситуацию.
— Вот моя визитная карточка.
— Баронесса Беатрис фон Доллинген, представитель компании «Мерседес», — прочитала Вероника. — Простите, мне ваше имя незнакомо.
— Неважно.
— Неважно?
— Разрешите, я отпущу машину?
— Зачем?
— Мечтаю прогуляться по ночной Москве. Одна опасаюсь. А рядом с вами ничего не страшно.
Немного оторопевшая Вероника растерялась, а баронесса кивнула шоферу, чтобы уезжал.
— Я из Германии, точнее из Швабии. Сейчас вот в России… У нас намечается серьезный контракт с вашим правительством.
— Рада за вас. Только… вы зря отпустили машину. Мое прогулочное время закончилось.
— Не бросите же вы несчастную женщину одну, безо всякой защиты? — Красивое лицо баронессы исказила наигранная гримаса скорби.
— Где вы остановились?
— Мой дом — в Конном переулке.
— Хорошо, я провожу вас. Это не далеко отсюда.


Город переливался тысячами огней. Казалось, кто-то специально включил все электричество мира, чтобы сделать ночь продолжением дня и любой человек мог полюбоваться красотой находящихся повсюду и шедевров архитектуры, и зданий попроще. Увенчанная золотой гривой волос голова баронессы постоянно поворачивалась то вправо, то влево, голубые глаза блестели. Она дважды повторила: «В каком же царстве красоты вы живете!»
Дорога вывела их к Большому Каменному мосту, резкий ветер от Москвы-реки отрезвил Веронику. Она впервые задумалась над парадоксальностью ситуации, в которой сейчас оказалась. Неизвестная тетка пристала к ней и требует проводить ее до дома. «Что за абсурд?! И как я поддалась на такое?»
И тут баронесса странно посмотрела на нее и загадочно произнесла:
— Я вас знаю. Мне известна ваша тайна. Вероника непроизвольно ощутила, как внутри все холодеет. На что она намекает?!
— Я знаю вас, — повторила Беатрис. — Только не уверена, что вы запомнили меня. Прошлое лето, пивной фестиваль в Штутгарте. Это ведь вы?!.. Мне известно, что вы любите пиво!
Вероника быстро «прошерстила» память. Точно! Она видела эту женщину там, на фестивале; она сидела напротив с подругой, толстой и на удивление болтливой.
Вероника видела, как незнакомка пожирала ее глазами, только отвязаться от своего «хвоста» не могла.
— Я вас помню, — кивнула Борецкая.
— Мне очень хотелось подойти к вам, познакомиться.
— Почему вы этого не сделали?
— Я была не одна… Да и вы тоже. Тот мужчина со светлыми волосами…
— Это мой дядя.
— Я не знала.
— Думали — ревнивый друг?
— Да. И только потом, когда вы исчезли, я поняла, что потеряла вас навсегда. Мне стало все равно, как развернутся события, какой скандал закатит моя возлюбленная. Я бросилась следом, но в такой толчее вас было уже не отыскать. И вдруг… встреча в Москве! До сих пор не верю глазам.

Вероника молчала, ветер со стороны реки просто обезумел, рвал на женщинах волосы и одежду. Пришлось отступить. И тут баронесса неожиданно спросила:
— Ты не бросишь меня сегодня?
В голове Вероники пронеслись недавние слова ее друга и начальника Андрея Смирнова: «…тебе нужна семья, муж, который станет тебя любить… Нужны дети, наконец…» Он прав! Необходимо остановиться, жить нормальной жизнью, какой живет большинство женщин.
…А баронесса красива! Ее глаза… нет, это не глаза,
а сверкающие бриллианты.
Ветер окончательно разбушевался, чуть не сбив Беатрис с ног. Вероника успела ее подхватить, и баронесса крепко прижалась к ней. Охваченная любовным безумием, она шептала:
— Моя! Моя!..
— Хорошо, поедем к тебе, — неожиданно для себя согласилась Вероника.


Консьержка посмотрела на Борецкую без особого интереса. Следователь догадалась, что она видела уже не одну пассию баронессы. Потом они поднялись на третий этаж, Беатрис открыла дверь, приглашая гостью проследовать за ней.
— У меня здесь уютно. Садись вот сюда. Что предпочитаешь: коньяк? виски?
— Виски, пожалуйста.
Беатрис принесла легкую закуску, откупорила бутылку, разлив содержимое по хрустальным рюмочкам. После этого бесцеремонно плюхнулась рядом с Вероникой.
— За что будем пить? — спросила гостья.
— Как за что?! За встречу! Я наконец-то нашла девушку, которую отчаялась найти.
— Красиво сказала, — рассмеялась Вероника.
По своей профессиональной привычке она выждала, когда Беатрис сделает первой глоток, после чего с удовольствием опустошила рюмку.
— А теперь закуска! — воскликнула баронесса. — Фрукты, икра… Обожаю икру. У нас в Германии это деликатес.
— Спасибо.
— Где научилась так драться?
— В разных местах, у разных учителей.
— Какая ты скрытная! Подожди, я сейчас еще кое-что
принесу.
Беатрис вышла на кухню, а Вероника начала быстро осматривать зал и спальню. Она не предполагала, что ей здесь приготовлена ловушка, да только ничего поделать с собой не могла. Каждая деталь, любой более-менее подозрительный элемент не ускользнул от ее взгляда. Внезапно появилась Беатрис, которая тут же спросила:
— Что тебя так заинтересовало?
— Ничего, — равнодушно прозвучал голос Вероники. — Интересно посмотреть на твое жилище.
— Во-первых, оно временное. Во-вторых, ничего тут необычного нет. Когда приедешь ко мне в Штутгарт… Надеюсь, ты приедешь?
— Жизнь порой дарит нам необычные сюжеты.
— Вероника… можешь подождать еще чуть-чуть? У меня один важный документ от компании. Я быстро…
— Конечно.
— Не хочешь принять ванну? Я принесу тебе шампанское и сделаю массаж.
— Пока нет, — рассмеялась Борецкая.
— Как бы тебе не скучать…
— Занимайся делами. Обещаю, скучать не буду. Вероника подошла к окну и снова усмехнулась, обдумывая предложение баронессы. Как она спешит! Наверное, уже представляет, как ее руки массируют тело Вероники…

Плевать на ее мечты! Нельзя расслабляться ни тут, ни в другом месте. Неведомый убийца неподалеку, возможно, совсем рядом…Рядом с ней Беатрис!
Желая избавиться от навязчивых страхов, следователь всматривалась в темноту ночи. Это был ее любимый способ выйти из состояния стресса. Всегда, когда Вероника глядела на улицы, дома, деревья, она потихоньку успокаивалась. Так было и сейчас. Город большей частью заснул, но в ряде окон горел свет, цепь огоньков еще прорезала черный мир, не давая ему почернеть до бесконечности.
Только горстка огоньков… Его Величество Спокойствие на несколько часов установило над Москвой свой контроль. И никаким катаклизмам не пробраться в его уходящую на покой империю.
Снова зазвучал внутренний голос: «Не расслабляйся! Убийца приходит именно по ночам!..»
Некая фигура словно выплыла из тьмы и теперь, как коршун, парила над пустой улицей и засыпающими домами. Она высматривала новую жертву.
«Стой!» — мысленно крикнула Вероника, но та бесстрашно приблизилась к окну. Теперь лишь оно разделяло безумного палача и его преследователя.
— Покажись, — шептали губы Вероники.
Темное существо кивнуло, впилось в нее взглядом. «Лицо… ее лицо!»… И тут следователь поняла, что рассматривает зловещую пустоту.
«Опомнись, там никого нет!»
— Уверена, что я — только призрак? — расхохоталось нечто за окном.
— Нет, ты, к сожалению, реальность! Поэтому я вступаю с тобой в смертельный бой!
— Ой-ой-ой! Как страшно!
— Видишь, я догадалась. Что бы мне ни говорили, ты женщина! Но зачем?..
— Потому что я ведьма. Чаровница!
— Идиотка! Ты внимательно читала произведение?
Ведьма ничего не разрушает, она предупреждает об опасности. Все остальное ей приписывают люди…
— Это твой писатель ничего не понял. Она — самый настоящий разрушитель. А все остальное — лукавство. Сама знаешь, слова ничего не стоят… Я питаюсь духом разрушения, в противоположность тому, кто упивается Созиданием. …Снова кажущаяся бесконечной пустота улицы.
Вероника умоляла себя не продолжать бессмысленного диалога с той, кого сейчас нет за окном. Однако новый вопрос помимо воли сорвался с языка:
— Почему для своей «исповеди» ты выбрала меня?
— Потому что ты выбрала меня! И не надейся, я теперь всегда буду рядом. Буду кружить над землей, издеваться над твоими бессмысленными попытками расправиться с бессмертной. Да, да, я бессмертна, как бессмертен порок.
— Не воображай себя вечной. Тебе все равно не уйти от возмездия, как не ушли от него многие твои прародители.
Очередной взрыв хохота. Убийца пыталась подорвать ее волю, лишить уверенности. Однако следователь резко бросила:
— Я выиграю! Иначе сама жизнь здесь теряет смысл.
Палач едко поинтересовалась:
— Выиграешь?
«…Но как, каким путем? Поведай!
Посредством лжи, обмана, бреда?» (Гете. Фауст. — Прим. авт.)
— Выиграю! — повторяла и повторяла Вероника. Она резко отвернулась, чтобы не видеть и не слышать больше этого ангела смерти.
…В который уже раз она обвела взглядом комнату. Что она тут делает? Пришла сюда точно под гипнозом баронессы!
И тут перед ней возникла сама хозяйка. Ее язык вожделенно облизывал губы. Она будто выманивала поцелуй Вероники.
— Мне пора, — сказала Борецкая.
Казалось, Беатрис хватит удар. Она не желала верить, что девушка-мечта покидает ее.
— Ты не можешь вот так взять и уйти!
— Я должна!
— Мы еще увидимся?..
Борецкая понимала: если скажет «нет», с баронессой случится истерика. Или вообще произойдет нечто худшее. Влюбленная женщина способна на все. Поэтому ответила: «Да». Ответила мягко и ласково. Затем добавила:
— Я бы осталась! Но обстоятельства…
— Поцелуй меня на прощание.
— Хорошо…
— …Почему твой поцелуй такой холодный?!
— Прости, Беатрис, я пойду.
Оказавшись на лестничной клетке, Вероника ощутила, как болевшая уже некоторое время голова стала просто раскалываться. Надо было попросить у хозяйки таблетку.
Где тут поблизости дежурная аптека?
Вероника постучала в комнатку консьержки, объяснила ситуацию. Сердобольная старушка тут же протянула ей лекарство.
Возможно, именно оно, и еще свежий воздух сделали свое дело, боль отступила. Вероника шла по ночной улице, раздумывая: не пора ли вызвать такси? Однако так и не вызвала.
Минуя квартал за кварталом, она уходила в неизвестность.

Беатрис сидела на диване, размышляя о прекрасном и горьком вечере. Все было как в сказке: в чужом городе чужой страны встретить девушку, о которой она грезила! И когда повстречала, когда та согласилась прийти в ее дом, счастье улыбнулось самой лучезарной улыбкой.
Вероника не маленькая, прекрасно понимала цель приглашения. Вроде бы готова была остаться. И вдруг…
Почему она так внезапно ушла?
«Если бы мне не пришлось отвлечься на то проклятое письмо от фирмы, все было бы по-иному. Я не дала бы ей уйти!»
У Вероники явно что-то произошло, она была в задумчивости, а потом… как будто впала в прострацию. Ее терзали неприятные воспоминания? И, когда осталась в комнате одна, они усилились?
Проклятое письмо от фирмы! Сто раз проклятое письмо!
«Сколько же в Веронике необычного! В лице, улыбке, взгляде такой магнетизм, что хочется броситься в ее объятия и раствориться в них. Ей даже не надо ничего говорить, молчание красноречивее любых слов!»
Беатрис готова была превратиться в служанку Вероники. Один повелительный жест этой чудной девочки, — и повидавшая виды богатая красавица была готова упасть к ее ногам.
«Она придет снова или?..»
Слово «или» — как кипятком по коже. Никакого «или» не может быть!
А вдруг?!
Баронесса вскочила, хотела тут же позвонить девушке- мечте, однако с ужасом вспомнила: та не оставила визитку.
Теперь «или» выросло до чудовищных размеров. Безнадежность захватывала душу, поражала тело, как раковые метастазы, ноги больше не держали, баронесса упала на диван, сотрясая тишину комнаты взрывами безутешных рыданий.
Раздался звонок в дверь!
Беатрис не могла поверить собственным ушам. Это Вероника! А кто же еще?!..
Баронесса успокоилась, к ней возвращалась прежняя
уверенность. «Девчонка поломала комедию, а теперь сдалась. Рано я согласилась быть ее подданной!»
— Секунду! — крикнула Беатрис, смахнула с глаз слезы, припудрила личико. Она даже не стала проверять, кто там за верью.
Никто не может прийти к ней сейчас, кроме Вероники.
— Проходи, дорогая, — пригласила она, специально
не оборачиваясь. Она не желала, чтобы гостья заметила ее все еще мокрые глаза.
Когда обернулась, было уже слишком поздно… Нож лихо свистнул по горлу хозяйки, мгновенно отправив ее к праотцам.
Затем убийца позабавился с трупом, разрисовав лицо и тело пугающей символикой. В завершение, как обычно, нацарапал кровью жертвы на стене: «Чаровница» и спокойно покинул квартиру.

Никто не попался ему ни на лестнице, ни в лифте. Консьержка уже спала, а видеокамеры почему-то не работали…
Он тоже решил прогуляться по ночным улицам Москвы. В отличие от Вероники его не терзали сомнения. Наоборот, буквально распирало чувство выполненного долга.

Полный вариант книги можно скачать по ссылке. https://www.litres.ru/aleksandr-vladimirov-2/charovnica-ispoved-vedmy/

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.