Вольфганг Акунов. СЛАВНЫЙ ОСТРОВ ЛЮПУС И ЕГО СОСЕДИ

Моим дорогим одноклассникам


«Я уже тогда стал слагаться в того бодрого, общительного и расточительного веселого человека, каким почти всегда был впоследствии на людях.»

И.А. Бунин. «Записи».


Время от времени, уважаемые читатели, Ваш покорный слуга роется в своих ставших, с течением лет, поистине необозримыми архивах. И вот сравнительно недавно, в ходе очередной генеральной уборки, мне попалась на глаза старая, в потрепанной обложке, общая тетрадь, в которой, среди массы бессвязных записей, рисунков и эскизов я обнаружил почти вытесненный житейской суетой за пределы не только короткой, но и долгой памяти рисунок флага. Прямоугольное полотнище из трех горизонтальных полос. Верхняя полоса — синяя, центральная — белая, со схематичным изображением черной волчьей головы в профиль (выполненным, мягко говоря, отнюдь не опытной рукой взрослого художника-анималиста!), а нижняя полоса — в косую красно-белую полоску. Флаг некогда могущественного  островного государства, расположенного на планете Плутон — княжества Люпус — правителем которого на протяжении пяти лет (с третьего по восьмой «Б» класс московской спецшколы №13 с преподаванием ряда предметов на немецком языке) был автор этих строк. Однако расскажем обо всем по порядку.

Класса примерно с третьего (если только мне не изменяет память) мы с друзьями начали совмещать игру в расколовшие годом раньше наш класс надвое организации мушкетеров и рыцарей с новой игрой — «в планеты». Суть игры, идея которой зародилась в многомудрой голове нашего одноклассника и закадычного друга Виктора Милитарева («Крепыша», «Инжира», «Эмбриона», «Мелика», «Милитарши», «Милишвили», «Милитопика», «Молли Белого Хвостика» — прозвищ у нашего друга было не счесть, и голова ему была дана явно не только для того, чтобы «в неё есть»), заключалась в следующем.

Все желающие участвовать в новой игре ученики нашего класса разыгрывали, при помощи кубика от одной из весьма распространенных в то время настольных игр (уже не помню, какой именно), планеты нашей Солнечной системы кроме нашей родной «голубой планеты» Земля — в Землю мы стали играть несколько позже, классе в седьмом). В результате самому «Инжиру» досталась планета Юпитер (переименованная впоследствии в Зевс), моему закадычному другу Андрею Баталову («Бате», «Мэтру», «Апостолу») — планета Сатурн (впоследствии — Крон), Мишке Эйдинову («Медведю» или «Эйде») — планета Нептун (Посейдон), Сашке Вахмистрову («Вахме» или «Брахмапутре») — планета Венера (переименованная несколько позднее в Афродиту), Вовке Малюкову («Старику») — планета Марс (Арес), Андрею Крылову («Крылу» или «Прылу») — планета Меркурий (Гермес), Сашке Денисову — планета Уран (другого названия, как изначально греческого, «Инжир» для нее подбирать не стал), автору настоящих строк, как подоспевшему из-за очередной простуды (в детстве я часто болел из-за хронического тонзиллита, опасались даже гайморита, но Бог спас, хотя гланды и аденоиды пришлось, в конце концов, удалить, уже в тринадцатилетнем возрасте), так сказать, к шапочному разбору — Плутон (Аид).

Та половина наших одноклассников, что состояла в соперничавшей с нами (рыцарями Ордена, несколько раз менявшего свое название и ставшего, наконец, Орденом тамплиеров) Организации Мушкетеров, принять участие в «розыгрыше планет» гордо отказалась, утверждая, что имеет собственную, искусственного происхождения планету под незамысловатым названием «Мушкетерия» — в то время была весьма популярной идея известного советского астронома академика Шкловского об искусственном происхождении одного из спутников Марса — Фобоса (а может быть, Деймоса, точно не помню). Планета «Мушкетерия» была, якобы, «бегающей», то есть не имеющей собственной орбиты — мушкетеры могли направлять ее в любом направлении, как гигантский космический корабль (подобно столь популярной в наши дни среди сторонников палеоконтактов гипотетической планете Нибиру, Х или Мардук, о которой мы в то время, конечно, и слыхом не слыхивали). Уж не помню, от какого источника энергии питалась мушкетерская планета, хотя глава мушкетеров — их капитан д’ Артаньян («Вова-Корова» Смелов) мне это достаточно долго и подробно объяснял. Впрочем, особого значения это и не имело, поскольку мушкетеры в основном играли в свою «бегающую» планету сами, крайне редко вступая с нами, рыцарями, в контакт по этому поводу (хотя неутомимый «Инжир» постоянно пытался всех объединить, учредить «Верховный Совет Планет Солнечной Системы» и даже «Большой Всегалактический Совет» для тех, кто создал свое государство за пределами нашей солнечной системы — как, например, Сашка Лазарев («Горыныч», «Лазарь» или «Грударь»), учредивший свою державу на Веге — как, неясно, ибо Вега, как известно, не планета, а звезда, то есть гигантское небесное тело, состоящее не из плотной материи, а из раскаленных газов, но… игра есть игра). Мы же, рыцари, какое-то время играли дружно, устраивая на своих планетах разные государства, войны и прочее по своему вкусу, иногда воюя и друг с другом. Мы не сразу сообразили, что не так-то просто воевать друг с другом не в эпоху развития техники, даже более высокого, чем на современной нам Земле, а в прошлом — например, в эпоху Древности или Средневековья, пребывая на разных планетах. Поначалу «Инжир» придумал некий якобы знакомый древним, но со временем забытый способ путешествовать в пространстве и во времени (не без влияния весьма популярного в пору нашего детства романа Айзека Азимова «Конец вечности», опубликованного, если мне не изменяет память, в одном из первых томов «Библиотеки современной фантастики в 15 томах» (впоследствии число томов в ней возросло до 25, к которым затем добавился 26-й, дополнительный, с рассказами Рея Брэдбери), вышедшей в издательстве «Молодая гвардия», считавшемся тогда отнюдь не «ретроградным» или там «консервативным» — как сейчас, в кругах «шибко продвинутой» интеллигенции, а очень даже «прогрессивным»). Затем «Крепыш», однако нашел для нас более простой способ общаться в далеком прошлом. «Молли-Белый-Хвостик» предложил просто-напросто взять да и перенести все материки, архипелаги и отдельные острова всех наших планет на одну огромную планету (со временем перенеся туда даже все земные острова и континенты). Таким образом препятствие в виде межпланетного пространства оказалось устраненным, и мы смогли общаться, торговать (а чаще — воевать), начиная с самых ранних исторических эпох. Но до этого даже наш премудрый «Эмбрион» додумался не сразу, не говоря уже об остальных, не столь «яйцеголовых» (в смысле, разумеется, «высоколобых»).

Сразу оговорюсь, что стимулом к нашей игре ни в коей мере не послужили сочинения весьма популярного в тогдашнем СССР детского писателя Льва Кассиля, в которых фигурировали выдуманные им экзотические страны Джунгахора, Синегория, Швамбрания, Кальдония, Бальвония и проч. Впервые автору этих строк довелось увидеть телеспектакль «Кондуит и Швамбрания» по книге Кассиля (ухитрившегося в крайне игривой, занимательной манере смешать с грязью в глазах нескольких поколений советских школьников память о русской классической гимназии, да и вообще об исторической России) только в пятом классе, а прочитать его пятитомник — еще позднее.

Следует заметить, что мы играли «в планеты» не все сразу и не все вместе, а как бы «парами» — «Милитарша» с «Эйдой», «Эйда» с «Вахмой», «Милитарша» с «Батой», «Бата» с Вашим покорным слугой, Ваш покорный слуга — с «Милишвили» и т.д.

Чаще всего мы играли «в планеты» (по отдельности) с «Батой» и с «Инжиром».

Главное государство «Милитарши», расположенное на Юпитере, именовалось «Милисланд». Это была настоящая империя со структурой, не менее сложной, чем у земной средневековой Священной Римской империи германской нации. Запомнилось мне название одного из этих вассальных государств — Хорозонда. Возглавлявший его князь Хорозондинский с совершенно непроизносимым (и потому напрочь забытым автором этих строк именем), носивший, между прочим, фрак, цилиндр, трость и штиблеты с белыми гамашами, был одним из ближайших советников милисландского императора, а два сына хорозондинского владыки — Наморангин и Китторамбин (вот их-то, прямо скажем, нетривиальные имена я, как ни странно, запомнил совершенно точно!) — видными милисландскими полководцами. Впоследствии «Мелик» ухитрился разными способами распространить свою власть также на Меркурий, Венеру, Марс и Уран, на которых существовало множество вассальных государств с причудливыми и даже комическими названиями (самым забавным из которых был Тутуй). Во главе Милисланда стоял некто Джонатан Милис, по прозвищу «Ренни» («Резвый»), которому подчинялся (а порой не подчинялся, учиняя заговоры и бунты, создавая антиимперские конфедерации и коалиции) многочисленный и буйный клан Милисов (был среди них воинственный Вальдемар Милис, были и еще какие-то Милисы, имен которых я сейчас уже не вспомню). Со временем, объединив то силой, то хитростью весь Юпитер, Джонатан Ренни принялся воевать с государством «Эйды» — Антидой («футбольным», а впоследствии — «хоккейным» государством), напоминавшим своим устройством США, во главе с родом миллиардеров Круцких и президентом, носившим звучное имя Битлс Роллинг (в честь переживавших в то время пик своей популярности — даже в СССР, невзирая на все официальные запреты! — «Битлс» и «Роллинг Стоунс») — одновременно знаменитым футболистом, хоккеистом и бит-музыкантом (тогда говорили о «бит-музыке», а понятие «рок-музыки» распространялось исключительно на рок-н-ролл в стиле Чака Берри и Элвиса Пресли), длинноволосым, словно настоящий «битник» или «битломан» (вообще «Эйда» занимался на своей планете главным образом отправкой в дальний космос экспедиций, участников которых награждал по возвращении Рубиновыми Звездами Героев Космоса, и организацией всепланетных и межпланетных чемпионатов по футболу и хоккею с шайбой). Кроме того, немалую роль в жизни Антиды играла радикальная партия максималистов во главе с неким Стивенсоном Ивенсом, чем-то напоминавшая порой — по крайней мере, в плане атрибутики и антуража — наши земные нацистские или фашистские партии. Тогда как раз вышел на экраны небывалый дотоле двухсерийный документальный фильм Михаила Ромма «Обыкновенный фашизм», весьма впечатливший наши юные умы обилием «фашистского» антуража, и тем самым, возможно, произведший на зрителей эффект, противоположный ожидаемому автором (хотя кто знает — возможно автор метил не только в нацизм, но и в большевизм, наглядно демонстрируя их разительное сходство, а до выхода фильма «Обыкновенный большевизм», уже не роммовского и не в СССР, а в РФ, нам оставалось ждать почти полвека!); вслед за «Обыкновенным фашизмом» на советском киноэкране появился и еще целый ряд документальных фильмов меньшего калибра — «Тень ефрейтора», «С нами бог» (именно так — с маленькой буквы!), «Если дорог тебе твой дом» и др. — чаще всего мы смотрели их в кинотеатре документального фильма «Наука и знание» на Арбате. Помню, что программа максималистов состояла из двух частей — «Национального Минимума» (программы-минимум) и «Национального Максимума» (программы-максимум) — совсем по Ленину -, которые Стивенсон Ивенс со своими присными намеревались претворять в жизнь последовательно, одну за другой. Автору этих строк запомнился флаг партии максималистов: черная заглавная буква «М» (или два прямых скрещенных остриями вверх меча с крестообразными рукоятками) в черном же кольце, с расходящимися во все четыре стороны света черными стрелами, заключенными еще в одно черное кольцо, большее по размеру, на белом поле. Кроме того, довольно часто залы съездов и конференций антидской партии максималистов были украшены полотнищами и плакатами с изображением двух букв «М» — большой и маленькой (символизировавших, как объясняли нам «Эйда» с «Крепышом», соответственно. «Национальный Максимум» и «Национальный Минимум»). Был у Стивенсона Ивенса со товарищи, впрочем, и другой вариант партийного флага: две черные буквы «М» — большая и маленькая — в белом круге на черном полотнище (иногда эти две буквы «М» были обрамлены круглым венком из золотых или серебряных листьев — дубовых или лавровых). Носили ивенсовские максималисты и полувоенную партийную форму: белые рубашки с погончиками и нагрудными карманами, черные поясные ремни с массивными пряжками-бляхами и портупеями через правое плечо, черные брюки с черными же ботинками или черные бриджи с черными же сапогами (или крагами) и черные нарукавные повязки с двумя скрещенными мечами в белом круге. Максималисты практиковали политический террор. Так, например, их боевик стрелял в противника максималистов Карла Черного (впоследствии переименованного «Эйдой» в Карла Шварца), тяжело ранив его в легкое «атомной пулей».

«Милишвили» долго воевал с «Медведем», в основном на территории планет, на которые они оба предъявляли взаимные претензии — так, например, немало крови виртуальных солдат и офицеров было ими пролито за сравнительно небольшой остров Утику (или Утичку). В конце концов каждый из соперников объявил о том, что завоевал земли другого и присоединил их к своим владениям. Поскольку мне было не интересно играть с «Эйдой», то играл я, главным образом, с «Милишвили» и «Батой», считавших земли «Эйды» завоеванными «Крепышом».

«Инжир» переименовал своего Джонатана Милиса-Ренни в императора Милисланда Роллана. Супругой Роллана была красавица императрица Лилиана, урожденная де Ламбоньер (дочь повелителя Сатурна — императора Лученбурга Андриа Дротеля де Ламбоньера, за которого играл выдумавший его «Бата» и о котором будет еще подробнее сказано ниже). Судя по запомнившемуся мне генеалогическому древу рода Милисов, которое мой друг Виктор Милитарев (с ним мы тогда сидели за одной партой, хотя чаще всего я сидел за одной партой с Андреем Баталовым) рисовал в школьной тетрадке на уроке, вероятно, математики (я запомнил, что тетрадка была в клетку), у Императрицы Лилианы была любовная связь с неким обер-капитаном Штурмом. Этот адюльтер был обозначен «Милитаршей» в родословной знаком полумесяца (видимо, намеком на тайные встречи Лилианы со своим лихим гвардейцем при луне). Запомнился мне и нарисованный Витюшей в тетрадке и даже подаренный им автору этих строк групповой поясной портрет Роллана (в парадной форме с эполетами, шейным «рупрехтовским» крестом, шестиконечной нагрудной звездой и орденской лентой) и неверной Лилианы (с «клеверным» крестом, подвешенным к ожерелью из огромных жемчужин размером с каштан или грецкий орех). Царственные супруги, изображенные в профиль, были обращены лицами друг к другу, в под ними «Милитарша» поместил латинскую надпись REX AUGUSTUS ET REGINA AUGUSTA. В силу каких причин «Инжир» решил понизить царственную чету в ранге с императорского до королевского, для меня так и осталось загадкой. Я несколько раз намеревался спросить его об этом, но неизменно забывал — такое, к сожалению, случается (и не только с Вашим покорным слугой).

(продолжение следует)

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.